Компрессорный Bentley 4 1/2 Litre Blower спортсмена и героя Билли Фиске – живое прошлое. Эмоции захлестнули Мика Уолша, едва он сел за руль Blower. Фиске выбрал черный цвет кузова, а не традиционный темно-зеленый. Внизу: великолепный профиль гоночного автомобиля. Черная эмблема означала, что автомобиль оснащен нагнетателем. Говорят, юный спортсмен-олимпиец Билли Фиске и бравый пилот Bentley Тим Биркин мгновенно подружились. Оба – национальные герои, прославившие себя скоростью, один – на трассе бобслея, другой – на трассе для автогонок.
Сын состоятельных родителей, Фиске был одним из самых быстрых и смелых спортсменов в бобслее, его выступление на «гонке Креста» потрясло Санкт-Мориц. Фиске было всего 16, когда его взяли в олимпийскую сборную США капитаном команды USA II. Пролетев по коварному тающему греку на Зимних играх 1928 года, он стал самым молодым золотым медалистом.
Биркин, по прозвищу «Тигрёнок Тим», истинный денди, был не так богат, но происходил из знатного рода. В Первую мировую войну он пошел служить в воздушный флот, а до этого участвовал в гонках на Morgan, а потом на Doriot, Flandrin & Parant (D.F.P.). После войны пилот пообещал жене, что уйдет из автоспорта. Но не выдержал, развелся с женой и вернулся в гонки, чтобы утолить снедающий его после воздушных боев адреналиновый голод. «Я небольшого роста и заикаюсь, но за рулем неуверенность оставляет меня. Я счастлив, я – король», – говорил Биркин своим фанатам. Неизвестно, ездил ли Тим в Санкт-Мориц, но его богатые приятели, «Бентли-бойз», несомненно, побывали там и рассказали, что вытворял герой бобслея, супербыстрый янки.
Фиске, конечно, знал о подвигах Биркина за рулем Bentley, особенно о его победе в Ле-Мане в 1929 году. Тогда в составе экипажа заводского Speed Six был еще Вульф Бейб Барнато, миллионер, владелец алмазных копей в Южной Африке. Фиске родился в Нью-Йорке в семье банкира и вместе с семьей переехал сначала в Чикаго, а потом, когда ему исполнилось 13, в Париж. Умный, красивый и харизматичный молодой человек жил полной жизнью, проводя летние сезоны на Ривьере, а зимние на склонах Швейцарии. В 1928 году он начал изучать экономику в Кембридже и историю в Тринити-Холл.
О том, как американец стал ездить за рулем, известно мало, но в 19 лет он решил купить Bentley. Разные источники говорят, что Фиске хотел участвовать в автогонках. Вот почему он бывал у Биркина в Motor Works на Бродуотер-Роуд в Уэлин-Гарден-Сити.
В конце 20-х и начале 30-х годов механический наддув был наиболее эффективным способом повысить мощность. Команда, которую финансировала Дороти Уиндем Пейджет, не побеждала в больших гонках. Зато мощность и динамика автомобиля наделала много шума.
В Ле-Мане Биркин разогнал свой Blower до предела и обогнал на Мюльсанн Mercedes-Benz 27/180/250PS Караччиолы, возглавив гонку. Он установил рекорд скорости круга – 144 км/ч, но потом из-за взорвавшейся покрышки и других неполадок ему пришлось уступить. Однако стремление пилота «победить или умереть», рекордная скорость красного одноместника в Бруклендсе – все это упрочило имидж «Blower» в те нелегкие времена. Фиске хотел иметь самую быструю машину, и Биркин уговорил молодого американца взять эту версию с наивысшей динамикой. Представьте себе, приходит в наши дни в Audi 19-летний миллионер и заказывает дорожный R10 с бескомпромиссным гоночным тюнингом… Бизнес Биркина держался из последних сил, экономика Британии рушилась, количество безработных перевалило за два миллиона. Кому тогда нужны были суперкары за 1700 фунтов с лишком (прим.: 108 тыс. USD по курсу 2013 года)? Покровительница Пейджет уже теряла терпение и переключилась на другой источник «лошадиных» сил. Поэтому когда Фиске во всем блеске молодости и богатства явился на базу Биркина в Хертфордшире, его встретили с распростертыми объятиями.
Чтобы омологировать гоночные Blower, Уолтеру Бентли нужно было собрать 50 дорожных машин. К несчастью, босс недолюбливал компрессоры и боялся, что ненадежность новаторской конструкции повредит репутации фирмы. Заказ американца в окончательном виде в точности копировал машины, которые собирали в филиале гоночной команды. Вдобавок к гоночному шасси, двойным задним амортизаторам с быстрой регулировкой и 190-литровому баку Биркин убедил Фиске поставить кузов для Ле-Мана со всеми хитрыми модификациями.
Номера у этой машины никогда не менялись; обратите внимание на размер выхлопной трубы.
Blower в Боксгроув, где Фиске нашел последнее пристанище.
Вперед, к золотой медали на последнем «лежачем» бобе.
Лихой дизайн с длинным капотом предусматривал усиленный кузов, оснащенный дефлектором на защелках, как у гоночной машины, легкой рамой капота и полным набором инструментов между кормой и бензобаком. Остальные доводки шасси №16 18-го «серийного» Blower включали регулировку тормозов под ногами у пилота, чтобы можно было дотянуться на ходу, запасной масляный бак на передней панели, двойные магнето и быстрый доступ к электрическим и топливным магистралям, защищенным алюминиевым рукавом и асбестовой обмоткой. Компрессор Roots ранней конструкции не заметен под ровным капотом, но при одном взгляде на россыпь датчиков приборной панели видно, что это истинная гоночная машина.
«Они убили двух зайцев, – говорит давний любитель винтажных Bentley Грегор Фискен, который организовывал продажу этой исторической машины. – Фиске хотел больше, чем псевдогоночный автомобиль, и вполне возможно, что он планировал участвовать в гонках». Получив номера GK 150, Blower со спортивным кузовом Vanden Plas в черном цвете был доставлен к дому Фиске в Париже летом 1930 года. Паренек явно наслаждался мощью большого турера и немедленно отправился в нем на юг Франции. И эта прогулка была отмечена скоростью: однажды ночью он промчал по старой дороге №7 Корниш-Муайенн из Ниццы в Канны и установил неофициальный рекорд. Образ лихого пилота, мчащего лунной ночью в большом Bentley по извилистым дорогам Ривьеры, вдохновил художника Ф. Гордона Кросби на полотно. Дорожные подвиги Фиске не ограничивались пределами Франции. И в Кембридже он часто возил друзей на гольф в Майлденхолл в Саффолке. Любимым транспортом для 40-километрового пути по пригородным шоссе неизменно оставался Blower, который потрясал каждого, кто рисковал в нем прокатиться.
Звездным часом Биркина и его гоночного Bentley было второе место на Гран-при Франции в 1930 году. Но той зимой все Blower распродали, а Биркин пересел на итальянские машины. Фиске ездил на Bentley до 1932 года, пока не вернулся обратно в Америку. Зимой того года он получил второе золото на играх в Канаде за героическую гонку в бобе новой конструкции (сидячем) на горе Ван-Хёвенберг. А следующим летом его друг Биркин умер в лондонской больнице в возрасте всего 37 лет, после того как ожог, полученный на гонке, перешел в заражение крови…
Фиске продолжил расширять горизонты, сначала путешествовал по южно-тихоокеанским островам, а потом занялся кинобизнесом и был продюсером «Белой горячки». Поселившись в Калифорнии, он обнаружил новую страсть и при каждой возможности летел на побережье Тихого океана на своем биплане. Фиске отказался быть капитаном команды по бобслею на Олимпийских играх в Германии в 1936 году по моральным соображениям. Но регулярно участвовал в гонках в Санкт-Морице. В последний свой визит зимой 1937-1938 годов он побил собственный рекорд на «гонке Креста». Статус героя Фиске был подтвержден, когда его изображение появилось в 1939 году на серии вкладышей в сигаретных пачках «Короли скорости» вместе с Тацио Нуволари и рекордсменом наземной скорости Джоном Коббом.
BENTLEY 4 1/2 LITRE BLOWER
Годы выпуска/количество: 1929-1931/55 (в т.ч. пять гоночных автомобилей)
Конструкция: стальная рама; кузов: сталь, дерево, ткань.
Двигатель: чугунный блок и головка блока цилиндров, 4-цилиндровый, верхний распредвал, 4398 см3; два карбюратора SU и нагнетатель Roots (конструктор Амхерст Вильерс)
Максимальная мощность: 175 л.с. при 3500 об./мин. (гоночные: 240 л.с.)
Трансмиссия: 4-ступенчатая, задний привод
Подвеска: неразрезные оси, полуэллиптические рессоры и фрикционные амортизаторы
Рулевое управление: червяк и червячное колесо
Тормоза: барабанные
Вес: 1921 кг 0-95 км/ч: около 12 с
Максимальная скорость: 200 км/ч
Цена сейчас: 1-2,5 млн GBP
Познакомившись в Санкт-Морице с состоятельной и бесстрашной английской молодежью, Фиске узнал о 601-й эскадрилье и после Мюнхенского сговора подал ходатайство о вступлении. Американское правительство запрещало гражданам Соединенных Штатов служить в Европе, но подделав документы и назвавшись канадцем, Фиске уже в сентябре 1939 года проходил обучение в Королевских ВВС. Следующим летом пришло назначение в 601-ю эскадрилью в Тангмир, и через восемь дней Фиске сел в свой Hawker Hurricane LI921, который он сравнивал с любимым Bentley Blower. Последний раз он поднялся в воздух 16 августа. Их группу преследовало несколько самолетов Junkers, которые атаковали базу. Задний стрелок пикирующего бомбардировщика подбил его Hurricane. Бак взорвался, но обожженный Фиске дотянул до базы и даже кое-как сел. К сожалению, сердце и легкие пилота не справились с шоком от травм, и через 48 часов он умер в госпитале. Фиске похоронен на церковном кладбище в Боксгроув. Он был первым американским летчиком, погибшим в бою в ходе Второй мировой.
Его потрясающий черный Bentley 4 1/2 Litre был звездой на одном из шоу Retromobile. Узнав, что эта отлично сохранившаяся, редко выставляемая машина – драгоценный Blower Фиске, мы решили поехать на могилу пилота в Боксгроув, где ему посвящен витраж в храме. Фискену понравилась идея, и он убедил нового владельца дать нам машину.
Чудесным весенним утром я, наконец сел в кокпит славной машины, чтобы отправиться в Саут-Даунс. Приборы потрясающие, красивее только вид на высокий и длинный капот. Сначала пара впрысков подкачивающим насосом Ki-Gas прямо во впускной канал в обход длинного впуска через компрессор при отключенных магнето и бензонасосах. Потом, уменьшив угол опережения зажигания, я нажимаю кнопку стартера под панелью слева. Двигатель мгновенно отзывается, ворча, как довольный мастиф. Нажимаем на газ посередине, и обороты резко поднимаются, большая четверка утробно ревет, и мощный момент раскачивает ходовую.
Бортовой рычаг коробки вправо. Боюсь не справиться с хитрыми переключениями коробки Type D, но все получается великолепно. Коробка просто прелесть, пользоваться ею одно удовольствие. Если приноровиться (со второй на третью быстро, с третьей на высшую – помедленнее), то передачи переключаются бесшумно и гладко. Но замешкавшись с этими шестеренками, лучше остановиться и начать сначала. В винтажных Bentley всегда стоит поездить сначала одному, пока не разберешься с трансмиссией.
А как начнет получаться, машина покорит тебя. Руль удивительно легкий и быстрый. В скоростных виражах почти двухтонной массы совсем не чувствуется. Сила нужна только в крутых поворотах. На гладких дорогах ощутим снос передней оси, но ход безупречен. Мы мчим вперед. Могучий момент двигателя легко несет автомобиль вверх по склонам.
У Blower характер отличается от более грубого Speed Six. Его резвость растет, когда ротор наддува, приводимый в движение коленвалом, увеличивает мощность. Выше 3000 об./мин. начинается характерный вой, и с ним приходит еще больше тяги. Когда ветровое стекло сложено, нет ничего лучше разгона в Blower. Стрелка на большом тахометре Jaeger подходит к отметке 3000 оборотов, машина легко идет 130 км/ч и просит разогнаться еще. Тормоза впечатляют. Огромные 38-сантиметровые ребристые барабаны напрягаются изо всех сил, останавливая эту массу. Но поражаешься решимости Биркина, который ни разу не выжал их за все 2 часа 45 минут, пока гнался за Bugatti на Гран-при По. А ведь скорость была 160 с лишком. Глаза уже слезятся, и мы с Фискеном меняемся на остаток пути до церкви. Набирая скорость, Blower 4 1/2 становится все послушнее. Внизу: большая четверка с длинным ходом поршня и верхним распредвалом, приводящимся в движение валом с коническими шестернями.
Всех нас трогает момент, когда Bentley, ворча, въезжает на подъездную аллею и старый романский храм появляется перед красивым серебристым радиатором. Пока на холостых остывают жидкости, мы осматриваем кладбище и находим новую плиту под деревом в дальнем восточном углу.
Через поля виден Гангмир и путь последней, аварийной посадки Фиске. Маленький деревянный крест, выцветший цветок мака и надпись от руки: «Одному из немногих». В следующий раз, когда на Goodwood Revival взмоет в небо и спикирует Hurricane, я посмотрю на него иначе. Благодаря связи с такими личностями, как Фиске, изумительные машины вроде Bentley Blower вызывают еще более сильные чувства. Неудивительно, что Том Круз собирается снять фильм об этой короткой, но яркой жизни.
